Украинский кошмар глазами очевидцев

11 августа 2014, 23:00 1957
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (08/11/2014 - 15:39)

Наталья Соколик. Фото Юлии Голышкиной.

Сегодня на всех центральных телеканалах, в периодических печатных изданиях темой №1 по-прежнему остаются трагические события на Украине. Россияне с тревогой следят за происходящим. Особое внимание - к рассказам очевидцев, людей, которые волей судьбы оказались в эпицентре военных действий. Нам удалось пообщаться с прибывшими на Мичуринскую землю жителями юго-востока, участниками ополчения и их сторонниками.

«ДЕРЖИТЕСЬ,
МАЛЬЧИКИ!»

Порой Кристине кажется, что происходящее - всего лишь затянувшийся кошмар. Вот-вот закончится ночь, дурной сон оборвётся, она стряхнёт дремоту и улыбнётся: «Приснится же такое!..». В соседней комнате задорно засмеётся двухлетняя дочурка Сашенька, и ей завторит шестилетний Рома. Всё как всегда: уютный дом, любящие дети, заботливый муж, спокойная, радостная жизнь. Но нет, кошмар не происки Морфея, а жестокая реальность. Только теперь Кристина поняла значение слова «счастье». Оно с тобой, когда не слышно взрывов несущих смерь снарядов, когда привычным жестом, достав ключ, можно открыть дверь в своё жилище, когда не нужно думать о том, где искать кров для себя и детей. И пусть дни напролёт идёт дождь, на улице под окнами гуляки ночью устроят вечеринку или сломается по дороге в гости каблук на новой туфельке. Всё это пустяки, совсем не важно. Лишь был бы мир!
На лице этой миловидной молодой женщины читается смятение. Она совсем недавно прибыла в наш край. А правильнее сказать, бежала. Ведь оставаться в родном Лисичанске с каждым днём становилось всё опаснее. Устрашающие звуки разрывающихся снарядов стали громче и настойчивее доноситься до жилых районов, стекольный завод был обстрелян с воздуха, такая же участь позже не миновала и нефтеперерабатывающий. Стало ясно, медлить с отъездом больше нельзя. Дети с бабушкой нашли убежище от войны на Тамбовщине месяцем раньше. И вот супруг привёз подальше от ставших небезопасными мест и Кристину. А сам вернулся в Лисичанск. Сказал: «Ведь кто-то должен дом охранять».
Приютом беженцам послужила дача родственников в селе Новоникольское. «Даже не знаю, что будет с нами через несколько месяцев. Я оказалась у разбитого корыта. - С дрожью в голосе говорит Кристина. - Ведь домик, где мы поселились, для зимы не приспособлен. И нужно уже сегодня думать, как снимать жильё, куда устроиться на работу, и в конце концов принять нелёгкое решение: становиться или нет гражданкой России». Ответ на самый сложный из вопросов молодая мама может получить, лишь когда будет ясно, кто победит в этой братоубийственной войне: ополченцы или национальная армия. При последнем варианте развития событий дорога домой для неё, по всей видимости, будет закрыта. Ведь Кристина, следуя своим взглядам и убеждениям, до самого отъезда вносила лепту в борьбу за независимость Луганской народной республики.
Наша героиня активно участвовала в организации референдума по самоопределению региона. Говорит, вместе с другими единомышленниками прикладывала всяческие усилия, чтобы поскорее отделиться. Ездила в компартию, собирала заявления, была заместителем председателя на одном из участков.
«Жители юго-востока Украины, по крайней мере те, кого я знаю: друзья, соседи, родственники, давно поняли, что с киевской властью нам не по пути, - эмоционально восклицает моя собеседница. - Обидно! Не спрашивают нашего мнения и вообще за людей не считают. Решат, например, добывать сланцевый газ и точка. А то, что это пагубно повлияет на экологическую обстановку, на здоровье граждан, - безразлично. Чем, непонятно, не подошёл российский газ? Очевидно, что своё жало в Украину запустила Америка».
Когда крёстная Кристины предложила ей принять участие в помощи ополченцам, та сразу согласилась. Поддерживала чем могла: деньгами, продуктами, вещами. А вскоре ещё ближе познакомилась с ними, придя на полевую кухню готовить пищу для бойцов. Супруг одобрил. Сам он, хотя в казарму и не пошёл, в свободное от работы на шахте время не раз дежурил на посту.
В дни, проведённые на кухне, молодая женщина услышала много печальных, леденящих душу историй. В её сознании с трудом укладывались военные реалии. Один из ополченцев сообщил, как в боях у посёлка Томашовка солдаты нацгвардии устроили бойню. Хладнокровно добивали беспомощных раненых людей. Потом даже тела захоронить не дали. В окрестностях стоял невыносимый смрад.
«Жаль, очень жаль ребят, - вздыхает моя собеседница. - Случается, сидят они за столом, обедают, и вдруг звучит команда немедленно собираться. Ребята, недоев, бегут к машинам. А мы им вслед кричим слова поддержки: «Держитесь мальчики! Всё будет хорошо!». Они в ответ лишь отмахнутся. Мол, знаем, куда едем, на всё готовы… Смотришь вслед уходящим на бой мужчинам и в очередной раз испытываешь желание себя ущипнуть. Неужели всё это реальность? Возможно ли происходящее в ХХI веке? Жертвой драматических обстоятельств становится обычный человек. Не столь важно, по ту или по эту сторону баррикад. Украинским военным ведь тоже не сладко. У моего свёкра хороший друг оказался в составе национальной гвардии. Он жаловался, что военным в его части не только не платят денег, но даже не кормят. Еду приносят им сердобольные люди, живущие недалеко от части. Ведь солдаты ни в чём не виноваты…».
Вот и знакомый Кристине снайпер признался, что при обстрелах БТР украинской армии нередко жалеет призывников: «Вижу, что этот парень не вояка, наверное, только-только с огорода выцарапали его и сразу в бой. Ну как в такого стрелять? Стараешься слегка ранить в ногу или в руку. Пускай домой отправят».
С тяжёлым сердцем покидала Кристина Лисичанск. Теперь она не расстаётся с телефоном. С тревогой ждёт звонка от мужа, близких. Супруг сообщает неутешительные новости, рассказывает о том, что приходится отсиживаться во время обстрелов в подвалах, что каждый раз, погружаясь в забой, шахтёры понимают: возможно, в последний раз...
Впереди неизвестность и множество вопросов, ответов на которые пока что нет. Но молодая женщина уверена: наступит мир, люди одумаются, перестанут истреблять друг друга. Когда-нибудь кошмар закончится.

«Я ВЕРНУСЬ
К ОПОЛЧЕНЦАМ»

Бежать из Молодогвардейска Луганской области Наталья Соколик не собиралась. Считала своим долгом остаться там. Прибыть в Мичуринск её вынудили обстоятельства. Мать женщины, Татьяна Ивановна, после серьёзной операции проходила лечение в одной из больниц Луганщины. Однажды врачи пригласили дочь на серьёзный разговор. Сказали, что пожилому человеку требуется длительное лечение в условиях стационара. Но находиться в их медицинском заведении небезопасно. И следовало бы перевезти больную куда-нибудь подальше. Лучшего места, чем глубинка России, Наташа не придумала. В селе Борщевое Мичуринского района Тамбовской области живёт сестра.
Дорогу мама переносила сложно. Швы после операции начали расходиться, закровоточили. К счастью, здесь в медицинской помощи не отказали. Лечение и лучевую терапию больной назначили в Тамбове. А дочка, убедившись, что матери опасность больше не угрожает, засобиралась вновь на Украину. «Там моё место», - уверенно говорит она. - И дабы подтвердить сказанное, показывает выданное ей служебное удостоверение объединённой армии юго-востока (подразделение Краснодонского района). В документе красными буквами выделено разрешение на хранение и ношение огнестрельного оружия и специальных средств. Но миссия у Натальи Борисовны всё-таки мирная - гуманитарная. Она организует сбор средств для ополченцев. Доверие к частному предпринимателю, державшему на рынке два мясных павильона, высокое. Поэтому и поручили ей это занятие. «Мы приобретаем парням всё необходимое и, конечно же, готовим еду. По очереди девчата варят пищу то в одном доме, то в другом. Кстати, пока была в Мичуринске, сумела собрать небольшую сумму денег на помощь ополченцам. Совсем немного, но и этого хватит, чтобы почти месяц кормить наших ребяток. Скоро поеду обратно, буду им термоски крутить», - делится моя собеседница.
Как и Кристина, Наталья участвовала в организации референдума по суверенитету родного края. Дни и ночи тринадцать женщин, составивших штаб ополченцев этого населённого пункта, печатали бюллетени, мужчины охраняли, следили за порядком. На референдум, по словам Натальи, народ шёл как на праздник. Такой высокой явки не было ни на одних выборах. На участке, за который отвечала Наталья Борисовна Соколик, проголосовало 95 процентов жителей.
«Мы все за Новороссию! Разве можем мы простить украинским властям невинно пролитую кровь? - убеждённо заявила представительница ополчения и рассказала одну из горьких историй, случившуюся в семье её подруги. Ещё в начале гражданской войны сына приятельницы призвали в армию. А через некоторое время матери доставили тело мёртвого ребёнка. Подняли на четвёртый этаж и ушли, сказав, что солдат сам застрелился. Но женщина уверена, что это ложь. За полчаса до гибели парнишка успел по сотовому телефону позвонить домой. Прокричал: «Мама, нас убивают». И дальше связь оборвалась. Молодой человек ещё дома заявлял, что не станет участвовать в карательной операции. За это и поплатился пулей в голову. Наталья ездила в Луганск и, дабы привлечь внимание общественности, по громкоговорящей связи у здания Службы безопасности Украины рассказывала историю казнённого призывника. Услышанным заинтересовалась пресса. Но даже после полученной огласки что-либо доказать, призвать виновных к ответственности не удалось. Однако для Натальи очевидно, подобный случай не единичен. Видимо, поэтому она, на время вырвавшись из опасных мест, вновь стремится к своим, как ласково называет, девчатам и ребятам из ополчения.