Счастья ключ… стеклянный

Пять лет как уже нет моего друга Жени. Евгения Сергеевича Вотановского. Осенью прошлого года ему исполнилось бы 70. А в 2007-м без него те, кого он приручил, тихо в своём сильно поредевшем кругу (я потом назову их имена) отметили 40-летие детища Жени - народного агитационно-художественного коллектива "Мастерок".

Когда в зрительном зале Дворца культуры Липецкого тракторного завода, куда тридцать пять лет назад, летним субботним утром 1973 года съехались на зональный отборочный смотр лучшие агитбригады Центрального Черноземья (что-то вроде новых "синеблузников" 20-30-х годов прошлого века), стихли аплодисменты, а ребята из "Мастерка" спрятались за кулисы, чтобы прийти в себя после изнурительной, но и радостной, получасовой "работы" на сцене, к ним прорвался кто-то из числа агитбригад-соперников по зональному смотру.
- Кто у вас руководитель, мичуринцы? - спросил он, вглядываясь в разгорячённые лица. Ему показали:
- Вон… прораб наш.
У любопытного на некоторое время пропал дар речи:
- Как это прораб? Бросьте, не маленький. Я на самодеятельности собаку съел… вижу, какой он прораб. Может, скажете, и вы "строители"?
И ехидно хихикнул.
- Собак есть нехорошо, - без улыбки ответил ему Виктор Панютин, доподлинный нормировщик треста "Мичуринсксельстрой". - Закон такой имеется.
И позвал:
- Женя, иди сюда и показывай паспорт.
Подошёл сердитый Женя, Евгений Сергеевич Вотановский, прораб треста без малейшей подделки. Ботинки, специально сшитые к зональному смотру в Липецке, немилосердно жали. На сцене было не до того, там господствовали эмоции совсем другого рода, а теперь хоть босиком ходи по нарядному Дворцу культуры.
- Уже спрашивали, - хмуро сказал он Фоме неверующему. - Только я паспорта с собой не взял. Если хотите, отдохнём часок и поправим фасад у Дворца. Малость облупился…
Свидетельствую как очевидец и участник смотра (журналистская командировка, к тому же сценарист - писал для "Мастерка"). Примерно то же самое сказал Женя на подведении итогов смотра, когда ему, руководителю лучшей в Российской Федерации агитбригады (такую оценку дало "Мастерку" жюри), предоставили слово:
- Нас в бригаде… то есть в агитбригаде, восемнадцать человек. Дайте нам, дорогие липчане, материал, технику, и мы к вечеру постараемся отделать двухкомнатную квартиру…
Шутка, конечно, как раз в духе агитбригадовского жанра, но в ней была большая доля истины, если не вся.
Молодой прораб Мичуринского стройтреста успел отметиться в истории родного города конца шестидесятых - начала семидесятых годов строительством новых корпусов завода поршневых колец (новая площадка), в восьмидесятых - капитальным ремонтом на самом современном в те годы уровне зданий дошкольных детских учреждений, профилактория для детей-инвалидов. И, что тогда называлось "без отрыва от производства", приобрести известность, а потом и популярность в любительском художественном творчестве. Как музыкант с абсолютным от природы слухом, бард и поэт.
…Смотрю и слушаю авторский компакт-диск, диск-воспоминание, диск-память. Посвятил его своим друзьям, живым и мёртвым (увы!), ветеран любительского музыкального искусства Анатолий Линовицкий. В первую же очередь - друзьям по "Мастерку". Анатолий Владимирович бывший его музыкальный руководитель. Сбережённые им, а более всего его отцом, офицером в отставке, затем мастером на одном из предприятий города В.А. Линовицким фотографии, переснятые афиши, пригласительные билеты, программы выступлений, газетные публикации. Вместо текстового комментария (может, эта моя статья станет им?) - музыка, песни, строки стихов. Всего-то несколько минут дискового времени, а впечатление такое… плакать хочется от сожаления об утраченном, о безжалостно постаревших, ушедших - тем более…
Фотографии, фотографии. Вот ансамбль "Улыбка", год 1965-й. Женя Вотановский с гитарой, аккордеоном, за пультом электронного инструмента. А это уже "Орфей", годы 1967 - 1990. На карточках с непременным маэстро Женей - школьники, студенты. Некоторых узнаю, остановив слайды и приблизив лица. Валя Самусенко, мой двоюродный брат. Нынешний директор прославленного городского лицея стоит с послушной, как породистый пёс, гитарой у ноги, улыбается в очки. Где-то рядом может быть и его приятель - Эдик Мазнев. Земля пухом ему, впоследствии моему коллеге, журналисту, похороненному несколько лет назад в городе, освещённом светлым талантом Константина Паустовского, трагическим - Марины Цветаевой. Такие молодые одухотворённые лица. Наши мальчишки и девчонки шестидесятники-семидесятники. Как это сказано? "Времена не выбирают, в них живут и умирают"… Становясь жертвами своего времени? Живите подольше, ребята, кому повезло, кого время пощадило, может быть, для того, чтобы самому длиться, а не становиться концом истории. Самим делать её.
А Жени уже нет. Как нет и многих, кто вместе с ним создавал и прославил будущий народный "Мастерок".
Володя Гордеев, ровесник Евгения Вотановского. Его в траурной рамке портрет в компакт-диске Анатолия Линовицкого - сразу за портретом Жени. Гордеев - один из троих первого, 1967 года (тогда исполнялось 50 лет Октябрьской революции, вот и понадобились агитбригады), состава народившейся агитбригады, лауреатов первого зонального смотра в Пензе. Прекрасный голос, уверенность на сцене, пластика, музыкальность, бездна юмора. Нет, и он не из филармонии, не варяг в "Мастерке", хитроумно оформленный шофёром ради процветания художественной самодеятельности в Мичуринском стройтресте. Натуральный шофёр, водитель мощного цементовоза. На Доске почёта треста выглядел совсем мальчишкой, но уже с юбилейной медалью на выходном пиджаке.
Саша Вотановский - брат Жени, его соратник, постоянный спутник в поездках, выступлениях на площадках города и за его пределами.
Коля Сидоров, один из преданнейших делу народного художественного коллектива.
Юрий Кудрявцев - незаменимый помощник по технической части, всегда остававшийся за кадром, как в театре - за кулисами.
Жаль, нет портрета Алексея Николаевича Хатунцева, профсоюзного куратора "Мастерка", его бухгалтера и деятельного спутника в дороге на смотры по городам России.
К большому сожалению, в архиве Анатолия Линовицкого не оказалось и портрета первого профессионального режиссёра только что народившегося в середине 60-х годов "Мастерка" - Людмилы Михайловны Соловской, бывшей актрисы Мичуринского драмтеатра. После триумфального выступления её совместного с Женей Вотановским детища на смотрах - областном в Тамбове, потом зональном в Пензе - она сразу была приглашена в областной центр возглавить работу с любительскими художественными коллективами во Дворце культуры "Юбилейный". Долгий, хороший след оставила она в Мичуринске. Школьные драматические кружки (в том числе и в моей школе №8) под её началом вырастили целое поколение ребят, неравнодушных к театру. В глубокой старости скончалась и похоронена в Подмосковье.
Евгений Вотановский стал достойным преемником этой талантливой женщины. С особой убедительностью он доказал это на заключительном смотре агитбригад России в Москве.
Мысленно листаю обратно календарь. Ноябрь 1973 года. "Мастерок" едет в столицу. В меру суеверный, постучав по дереву, Женя надеется на победу. Командировка была окончательно подписана липецким триумфом.
- Кажется, в общих чертах коллектив сложился, - поскромничает он, - сильнее ребят у меня ещё не бывало.
Я вспоминаю их, таких молодых и разных, как запевших сразу по дороге в Белокаменную, так и не замолчавших, кажется, до конца пути.
- Голоса сорвёте, убью, - напрасно грозил Вотановский.
Вот они перед глазами.
Нормировщик Виктор Панютин небрежно расчёсывает мушкетёрские усы и бородку, отбиваясь от подначек ребят:
- Было бы на чём расти.
Любимица "мастерковцев" Ира Истомина - заместитель председателя объединённого постройкома… Это она годы спустя собирала седых ветеранов агитбригады вспомнить, погрустить и попеть. А потом и отпеть навсегда ушедших. Вот и незабвенного Евгения Сергеевича, Женю, пришлось…
Бетонщик Коля Упоров по доброму, дай бог каждому, прозвищу -"золотой". И руки тут золотые, и характер.
Дебютантка Зина Ушакова, самая младшая, после Липецка ставшая своей в доску. Бетонщики Слава Огородников, Валя Варлашкина, Римма Макогонова - какими вы тогда были молодыми, красивыми, полными жизни и надежды на самое хорошее будущее! Если вы, дай Бог, живы, здоровы, вспоминаете ли ту дорогу в Москву? Репетиции в ЦДРИ - Центральном доме работников искусств, шефские поездки на предприятия, итоговый концерт в зале Центрального детского театра?
Но мчится в Москву свой, стройтрестовский автобус по осенним дорогам России. Артисты из народа, и музыканты из него же - ансамбль электронных инструментов. Всегда корректный, молчаливый, лишнего слова не вытянешь, техник-лаборант в то время, его руководитель - Толя Линовицкий. Спустя тридцать пять лет архив и компакт-диск Анатолия Владимировича (снежно побелеют прежде смоляные усы и брови), одного из самых ранних по времени, с "Улыбки" и "Орфея", сподвижников Евгения Вотановского, станут памятью другу и воспоминанием о "Мастерке", общем их детище. В составе ансамбля - "старички" механик Паша Голышкин, слесарь Гена Крылов и начинавший тогда только внедряться в группу Линовицкого Юра Горковенко…
23 ноября. ЦДРИ. Зеркала, красный бархат, тёмный лак кресел, ресторан "Три подковы" (этакая стилизованная конюшня с якобы грубо сколоченными столами, хомутами, дугами и всякой прочей сбруей). Ребятам некогда как следует осмотреться. "Мастерок" сразу оказывается во власти режиссёра смотра Александра Руба. А он вместе со своими помощниками дал передышку только на обед.
24 ноября - открытие смотра под "Марш энтузиастов". Приветствие от имени Министерства культуры России. 25 ноября - зрительный зал полон. Мы замечаем в жюри почему-то очень знакомого парня в свитере. Так это же Александр Масляков, ведущий популярнейшего КВН и разных молодёжных программ! Потом мы будем видеть его каждый день. Он смотрел агитбригады, отбирал сценки для телевидения. В основном сельские, с их сценками агитации нескончаемой борьбы за урожай на полях Отечества. Мичуринский железобетон вальяжному Маслякову не подходил: тоже хлеб, да не тот…
"Мастерок" уезжал из столицы лауреатом. С трофеями - дипломом, транзисторным радиоприёмником ВЭФ-2006 в экспортном исполнении, денежной премией и приглашением выступить на ВДНХ в будущем, 1974 году.
…Герой эллинских мифов музыкант Орфей. Он не смог жить без своей любимой - Эвридики. И отправился за ней в царство мёртвых. Когда творческого человека покидает одухотворённость, не становится ли будущее лишённым смысла? Ещё останутся у Жени несколько лет полноты души от прорабских хлопот на развивавшемся тогда строительстве новых мощностей завода поршневых колец (пока его не разворуют), других объектах города. Ещё продлится слава народного агиттеатра на площадках города и областного центра, дважды до начала 80-х побывавшего с шефскими концертами в Балтийске на военных кораблях. Но уже прогниёт что-то в "Датском королевстве". Однажды как всегда серьёзно и во весь голос готовился "Мастерок" выступить с фрагментами из своих лучших программ на очередной отчётно-выборной партконференции. Не разрешили: перебарщиваете с критикой, заявила идеологическая начальница. Так был поставлен жирный крест на народном коллективе. Недолго протянет после этого и могущественная, всё более и более терявшая с годами присутствие духа и сама великая идеология.
Когда и как уходят смыслы, оправдывающие твоё существование в этом мире? Что ты без Эвридики, если ты - Орфей? В одну из последних наших встреч Женя (приехал на такси, любимая собачонка под мышкой, скоро кто-то убьёт её, такая вот беда предшествовала другой) вдруг сказал стихами любимого нами обоими поэта Владимира Соколова:
Я устал от двадцатого века,
От его окровавленных рек.
Не нужны мне права человека,
Я давно уже не человек.
…По монитору на фоне архивных снимков и документов в ритм приснопамятной революционной песни "Мы - кузнецы" (гимну "Мастерка") бегут строки, написанные мною в память о Жене, Евгении Сергеевиче Вотановском с его ребятами, о созданном им, от него неотделимом, как и он оставшемся в истории нашего города, да и России - чего уж там! - народном художественном любительском агиттеатре "Мастерок":
Наш "Мастерок", как был ты молод,
Как были молоды все мы!
Звенел тогда твой голос вольный
От стен Козлова до Москвы.
Не пляской - маршем был рабочим,
Когда в порыве молодом
Хотели, чтоб красив и прочен
Был наш Советский общий дом.
Мы на земле обетованной
Из самых пламенных идей
Ковали ключ… наш ключ стеклянный
От счастья призрачных дверей…
Но нет, мы не были рабами
В нам предназначенной судьбе!
Пусть это будет наша память
О "Мастерке" и о себе.