Мост из прошлого в настоящее

20 января 2015, 23:00 3310
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (01/20/2015 - 16:49)

Недавно неподалёку от села Терское развернулось масштабное строительство новой автомагистрали и моста через реку Польной Воронеж. Меж тем по соседству вот уже 103 года находится старейший мост Мичуринского района, на котором до недавнего времени можно было увидеть чугунную табличку с весьма характерной надписью: «Инженеръ-технологъ И.Г. Грингофъ и Б-тъ. г. Саратовъ, 1912 г.». Что же мы знаем сегодня об этих людях, сумевших в начале прошлого века возвести сооружение, прослужившее более века без капитального ремонта, спроектированное изначально лишь для крестьянских подвод, но выдерживающее до сих пор 30-тонные грузовики и даже 70-тонные автопоезда?

Как следует из архивных источников, подряд на строительство нового железобетонного моста через реку Польной Воронеж по Булатовскому тракту оспаривали шесть фирм. Однако выиграла его саратовская компания «Грингоф и брат». Объяснялась победа саратовского инженера-технолога тем, что в своём письме в Козловскую земскую управу он дал солидную гарантию на мост собственной конструкции. Кроме того, подрядчик обязался предоставить на строительную площадку инструменты и материалы. Фирма брала на себя проведение земляных работ по расчистке места и вывозу грунта. При возведении моста саратовский инженер-конструктор обещал использовать портландский цемент лучшего качества, очищенное от грязи и ржавчины литое железо, чистый, промытый и сухой песок, мелкий каменный щебень. Согласно контракту слои бетонирования не должны были превышать пять сантиметров, также не допускалось смещение арматуры при заливке. Грингоф предоставлял земской управе «такой способ контроля за производством, какой она найдёт нужным». Например, можно было проверить качество цемента в специальной лаборатории, правда, уже за счёт заказчика.
По договору подрядчик не имел права требовать какого-либо дополнительного вознаграждения. Обнаружившиеся после строительства проблемы он обязался исправить за свой счёт. Если бы они оказались критическими, И.Г. Грингоф вернул бы все деньги либо возвёл новый мост. Оплата производилась не сразу, а частями по мере завершения этапов строительства.
Существенную роль в победе саратовского подрядчика сыграл и тот факт, что компания «Грингоф и брат» прекрасно зарекомендовала себя на рынке строительных услуг с начала XX века. Так, в 1909 году фирма возвела Клещевский мост в Саратовской губернии, год спустя - 120-метровый мост через Дон в городе Лебедяни Липецкого уезда Тамбовской губернии. Для своего времени он стал крупнейшим гидротехническим сооружением империи и впоследствии был даже включён в Большую советскую энциклопедию. Ныне это памятник отечественного мостостроения. В 1911 году Иван Генрихович Грингоф построил первый в России железобетонный шлюз в устье реки Черемха в Ярославской губернии. Как видим, не доверять торговой марке «Грингоф и брат» у Козловского земства не было никаких оснований.
В 1912 году обширные кредиты из губернского дорожного капитала на строительство моста были предоставлены уездной управе. «На сооружение новой переправы было ассигновано 30 тысяч рублей, а на жалованье инспектору при постройке моста - 240 целковых. Выделялись также средства на проведение земляных работ», - писала в своих исследованиях краевед Г.А. Гончарова.
Сохранились описания проводимых в уезде мостостроительных работ. Согласно им вначале в дно Польного Воронежа забивались специальные сваи, затем бетонировали колонны, поперечные балки, главные балки и настил. Более месяца мост застывал в специальных формах, а когда их сняли - пришла пора окраски металлических перил.
Однако после завершения строительства согласно подряду необходимо было провести испытания моста на прочность. К сожалению, автору этих строк пока не удалось обнаружить документы, проливающие свет на этот небезынтересный аспект. Зато посчастливилось найти описание аналогичной процедуры в отношении построенного братьями-инженерами такого же 60-метрового моста через реку Инсар в Пензенской губернии в том же 1912 году. Есть все основания предполагать, что эти работы, как у соседей, так и у нас, были во многом схожи. Попробуем реконструировать события более чем вековой давности. Итак, для испытания только что построенного моста пензенские власти наняли 38 лошадей с проводниками. Указанное количество лошадей требовалось для перевозки почти 200 тонн камня! Им предполагалось застелить мост, подвергнув его суточной нагрузке. Под балками установили специальный аппарат, замерявший их прогиб. После проведения замеров выяснилось, что допуск почти всех оказался в норме - от 0,3 до 0,7 миллиметра - намного меньше максимума…
Так в чём же секрет долговечности сооружений, возведённых талантливыми братьями-инженерами? Может быть, в том, что при осуществлении своих проектов они применяли передовые для того времени технологии? А может быть, в ответственном отношении к порученному делу? А может быть, всё дело в тех чугунных табличках, которые как своеобразные знаки качества гарантировали заказчикам прочность и безопасность конструкций чуть ли не на века?
Ответ очевиден. За качество произведённых работ инженеры Грингоф ручались не на словах, а на деле. Репутация фирмы в те годы считалась важнейшим фактором в получении новых подрядов. А их, судя по документам, было немало. После завершения строительства моста по Булатовскому тракту в Козловском уезде фирма братьев Грингоф возвела каменные торговые ряды на Базарной площади в Саранске, главпочтамт и крытый рынок из стекла, бетона и стали в Саратове, прекрасно сохранившуюся до наших дней пожарную каланчу в Рыбинске, другие объекты по всему Поволжью, а также за его пределами. Однако, как это, к сожалению, бывает, со временем их доброе имя вытерлось из памяти наших земляков. Остался лишь старинный мост, который после завершения строительства нового подрядчики намерены снести.
Быть может, стоит сделать мост-ветеран пешеходным, придать ему статус памятника регионального значения, вернуть на прежнее место чугунную табличку с именами саратовских инженеров? Это и будет нашей скромной лептой в сохранение памяти об удивительных людях, оставивших нам в наследство великолепные образцы промышленной архитектуры, проверенные временем, над которым, как известно, ничто не властно.