Дети-побирушки

29 ноября 2013, 23:00 2524
© Мичуринская правда - http://www.michpravda.ru/ (11/29/2013 - 11:49)

Свадебный рекетир.

От них отмахиваются, как от назойливых букашек, их часто просто не замечают, в зависимости от настроения гонят либо машинально одаривают завалявшейся в кармане мелочёвкой. Они позорное явление общества – побирушки. Они всего лишь дети, которым остро не хватает внимания взрослых, воспитания, материальной помощи. Вряд ли кто ведёт статистику снующих по улицам попрошаек, но кажется, что год от года ряды их множатся. С протянутой рукой канючат деньги у прохожих маленькие представители разных национальностей: конкуренцию чумазым цыганятам составляют русские. Вот одна из картин, свидетельницей которой недавно стала.

Возле Боголюбского собора раздаются душераздирающие крики:
- Люди, помогите! Что же это творится? И в церкви уже воруют! У меня кошелёк стащили!..
- Кто стащил-то? – сочувственно интересуется приостановившаяся старушка.
- Да вот, ейнова мамаша, - указывает раскрасневшаяся женщина с растрёпанными, паклей свисающими из-под перекосившегося платка волосами на стоящего рядом пацанёнка.
Мальчишка лет пяти в резиновых сапожках, с нахлобученной до самых бровей шапкой и в длинной, не по размеру, свисающей до колен куртке спокоен и невозмутим. Он всецело поглощён своим занятием: за обе щёки уплетает пожертвованный ему кем-то из прихожан «Сникерс».
- Не знаю ничего. Не воры мы, а просто деньги просим, жить не на что, - отнекивается его бабуля, намеренно не замечая слов, кидаемых в огород её благополучно скрывшейся дочурки. История эта попахивает уже криминалом, а маленький ребёнок, если не соучастник, то свидетель. Но обратимся к ситуациям без воровства.
Особенно богатый навар у попрошаек в дни почитаемых православных праздников. На Пасху, Радоницу по направлению к городскому кладбищу выстраивается целая аллея нищих. Шансы собрать побольше подаяния выше у мамочек с потомством, беспроигрышный вариант – младенец на руках. Детей с пелёнок приучают просить у незнакомых тёть и дядь милостыню. Доходными же днями в любое время года считаются, конечно, пятница и суббота – дни свадеб. Недавно побывала на одной из них. У загса молодожёнов и их свиту поджидают готовые к атаке малолетние ромалы.
- Жених, дай денег! Если любишь невесту, то дашь. Ах, нет? Так значит, ты её не любишь. Невеста, слышишь, ты не нужна ему, он ничего не дал нам!
К украшенной атласными лентами и позолоченными кольцами машине подскакивают хлопчики уже славянской внешности. Требуют всё того же и ещё… побулькивающую в руках свидетеля наполовину опустевшую бутылку с шампанским.
Свадебный кортеж дружно трезвонящим паровозом направился к подвесному мосту, ведущему по направлению к Основному питомнику. Здесь празднующих поджидают главные сюрпризы. Отчаянная компания мальцов преграждает дорогу не ленточками и верёвками, как встарь, а корягами, увесистыми брёвнами. Проехать, не сунув мзды в жадно тянущиеся к открытому окну ручонки, не представляется никакой возможности. Жених выходит из машины, предлагает малолеткам полный пакет конфет. Хлопцы пренебрежительно морщатся: мол, сладости здесь не прокатят, необходимы деньги. Молодой муж судорожно ощупывает карманы, даёт юным рэкетирам пятидесятирублёвку. Бревно отодвигается в сторону, но через несколько метров на пути новая преграда, за ней следует ещё и ещё одна. У молодого человека нет больше ни одной купюры. Ну что поделать, коли всё спустил на выкупе невесты? Мальчишки не сдают позиций и требуют свой куш. Сзади скапливается большое количество вынужденно остановившихся авто. Настойчивое гудение клаксонов заставляет бледнеть, краснеть и покрываться потом растерявшегося жениха. Нахалята же невозмутимы и неприступны, как камни отвесных скал. Гостья из следующего за молодожёнами автомобиля пугает малолеток тем, что работает в полиции, достаёт фотоаппарат. Незапланированная фотосессия вынуждает предводителя компашки натянуть на лицо куртку и шапку. И вот своей доли с чужого праздника жизни требует уже не мальчик, а восточная Шахерезада со стыдливо прикрытым личиком, с оставленной одной лишь прорезью для глаз. Приходится выдать «ей» сто рублей на всю шайку-лейку. Что же поделать, не подготовились к такому повороту событий ни брачующиеся, ни их эскорт. Мальчишки нехотя отступают. Им явно мало. Неожиданно один из оборванцев размахивается палкой, бьёт по машине. Окрестности оглушают крепкие словечки, выкрикиваемые выскочившим из авто водителем. На кузове его железного коня виднеется свежая царапина.
Юнцы благоразумно спрятались в кустах. Такие фокусы они уже проделывали не раз, за что не слишком расторопным хулиганам отплачивали разбитыми носами и фингалами.
В других местах временного обитания невест и женихов также пасутся маленькие вымогатели. Вот в парке Славы «дежурит» легко одетый паренёк на вид 13-14 лет.
- Свидетель, денег дай! - канючит он у одного из наиболее нарядных гостей, пока влюблённые красуются перед объективом камеры.
- Я не свидетель, - оправдывается жертва домогательств. Но подростка не проведёшь.
- А почему так выряжен? Я в свадьбах разбираюсь. Стреляю деньги на них не первый год, обычаи все знаю. Давай плати. Если играют люди свадьбу, значит, у них много денег. Попробуй без них сними кафе, купи костюм, платье, найми фотографа, тамаду… Да это всё не менее чем в 100 тысяч рублей обойдётся, - со знанием дела высказывается эксперт торжеств в грязных разорванных кроссовках.
Доводы, что женятся люди и скромного достатка, воспринимаются скептически, с иронической улыбкой: корми, мол, соловья баснями!
На самом деле этот докучливый Гаврош – девочка. Если не скажет знающий человек, то в жизни не догадаешься. Именует себя пацанка то Галей, то почему-то Тамарой Павловной. Добытчица с малых лет привыкла зарабатывать себе, матери и остальным близким на пропитание единственным освоенным ею промыслом – попрошайничеством.
- Семья у нас бедная… У мамы пятеро детей… А если бы не так, разве стреляла бы я по свадьбам деньги?.. – цедя слова, нехотя оправдывается одетая, как мальчик, и очень на него похожая девчонка.
Бывает, у попрошаек пробуждаются недюжинные актёрские способности. Вот случай, произошедший в центре города. Подбегают ко мне на улице Интернациональной два мальчика и начинают очень натурально плакать. Рыдают прямо навзрыд, усердно трут глаза, рассказывают, что мама их попала в страшную аварию и может умереть, если ей срочно не сделать операции. Вот и бегают убитые горем сынки по городу и собирают деньги на спасение родного человека. Объясняю ребятам, что на улице на лечение большой суммы не соберёшь, и предлагаю пройти в редакцию: напишем статью, призовём помочь тяжелобольной всем миром. Ребятки переглядываются, мнутся с ноги на ногу, на наводящие вопросы путаются в ответах и выдвигают противоречивые версии. Становится очевидно, что план развести прохожего на деньги успехами не увенчался. Парнишки быстренько ретируются.
Если у этих начинающих остапов бендеров попытка поймать шальную денежку больше походила на озорство, фантазию, то у остальных ребят истоки попрошайничества кроются в реальном безденежье родителей, безнадзорности. У иных, как у мальчишек с брёвнами, поведение граничит с хулиганством. И очевидно, что хотя бы в местах скопления свадебных рэкетиров давно пора навести порядок, направив в пятницу и субботу на дежурство туда сотрудников полиции и представителей других структур, ответственных за детство, времяпровождение и воспитание подрастающего поколения.