На летящем с небес языке…

01 июля 2019, 11:08 854

Памяти журналиста, прозаика, краеведа, драматурга Виктора Кострикина

Виктор Кострикин, июнь 2013 года. Фото Владимира Андреева.

19 июня 2018 года ушёл в мир иной большой труженик, поэт и журналист, драматург и прозаик, краевед, летописец, очеркист Виктор Константинович Кострикин (родился 23 января 1935 года в селе Заворонежское, бывшей слободе). Умер, скорее всего, от старости, от неизбежной выработанности физического (не душевного!) ресурса. А мы, кто знал его много лет, подумаем, что и разлука с родной землёй (жил он в последние годы в Подмосковье) тоже сыграла свою печальную роль в его уходе.

Невысок, кряжист, в поздние годы даже тучен, Виктор Кострикин был на редкость быстрым, стремительным, успешно работающим в разных жанрах и потому оставил заметный след в литературе и краеведении Тамбовской области.

Родом из литературной слободы

Виктор Константинович Кострикин – из потомственных козловских людей. Его род в разных своих ответвлениях давно живёт и трудится в Козлове-Мичуринске и его окрестностях. А родом он из литературного села Заворонежское, украшением которого является великолепный народный писатель Владимир Зазубрин (настоящая фамилия Зубцов), и сам Кострикин для Заворонежского, и для Мичуринска, и для Тамбовщины тоже украшение в его историческом и культурном наряде.

Прозаик, краевед, драматург, театральный критик, биограф Мичурина и его научного дела. Страшной усидчивости человек: почти 40 лет отработал в редакции «Мичуринской правды», заработав имя, не получил от своего начальства никаких идущих к заслугам отличий, хотя бы звание «Заслуженный работник культуры», ведь на культуру и отработал, как молодой. Когда бы ни пришёл в редакцию (во время его долгого служения газете) – всегда за пишмашинкой, лучшим другом (уже на пенсии сменил её на ещё более верного друга – компьютер!), или в беседах с ходоками по своим и чужим делам (когда длительное время возглавлял отдел писем газеты).

И позже, работая заместителем редактора, не утратил привычки к основательным беседам о жизни, её сладкой и горчащей повседневности с многочисленными посетителями своего кабинета. Это была традиция! Перенятая у таких мэтров общения, как А.Р. Монастырский,  Л.Г. Яковлев, С.Г. Архипов, Л.А. Израелович и приумноженная своим талантом доверительности и искренности.

Хорошие были у Виктора Константиновича учителя и наставники – Л.Г. Яковлев, А.Р. Монастырский,  И.С. Никулин, которые из мэтров и учителей постепенно становились друзьями. Не могу не вспомнить дружбу В. Кострикина с поэтом Г. Шифриным, с журналистом М. Бойцовым, а особенно с поэтом, бардом, узником ГУЛАГа Виктором Теряевым, которого Кострикин и открыл широкой читательской аудитории. Добрые творческие отношения сложились у В.К. Кострикина с академиком живописи С.М. Никиреевым, о чём свидетельствует опубликованная, пусть частично, их переписка.

На мир смотрел с пытливой жаждой

На полках наших библиотек за годы работы Виктора Кострикина выстроилось целое собрание его сочинений. Несколько книг прозы – повести «Димка с улицы Мост», «Рабочий переулок, 1». К ним надо добавить повести и рассказы, которые осели на газетных страницах. Среди них есть и жемчужины («Мистика», «Синенький скромный платочек»). Том краеведческих статей (и среди них есть жемчужины «Сады для России», например, или о доме, где жила краевед и библиотекарь И.В. Мичурина А.Е. Кондратьева).

Слава Богу, при жизни автора в двух томах вышли его очерки о людях Козлова-Мичуринска, и исторический очерк о родном городе, и книга о родной Заворонежской слободе, и пронзительные книги лирики, особенно «Жизнь – имя женское».

А за поэтическими сборниками – ещё и драматургия: инсценировка романа В. Войновича «Чонкин», пьеса «Корни» (наверное, есть и неопубликованные опыты в драматическом роде). Отдельно томик «Датских страниц», дань увлечённости автора регистрацией быстротекущих дат, исторических вех, замечательных гениев и злодеев. А там ещё воспоминания, публицистика, дневниковые заметки.

Виктор Кострикин был и в лирике разнотемен и разнонаправлен, ему хотелось  написать о Мичурине и войне, провинциальной жизни и большой политике, но главное всё же его нынешнее лицо поэта – увидеть Бытие в мелких и счастливых радостях ежечасной повседневности.

Строгую тему он умел повернуть лирически – к 150-летнему юбилею И.В. Мичурина Кострикин написал поэму «Русский климат», где свои мысли о великом садоводе выразил через многослойный символ Русского Климата, образа поэтического и столь же философского:

Мичурин сад свой  создавал, как Бог,

Всё вопреки национальным стужам.

То в лирике слышится голос Кострикина-публициста. И в ней вокзальные наблюдения поэта вырастают в сложную символику:

Мечтали: к блаженным умчит нас местам

Запасный наш сказочный поезд,

На первых же километрах достал

Вороний разбойничий посвист.

Но не этими публицистическими нотами, столь естественными у журналиста с большим полемическим опытом, а совсем другими чертами запоминается поздняя лирика Виктора Кострикина.

Вот стихотворение с таким традиционным названием «Декабрь». Но как пишет о зиме поэт?

Метель. А с ней зудящая подагра.

И денег, как обычно, ни гроша.

Но, может быть, Рождественский подарок

Оттаявшая, наконец,  душа?

В глубь своей души

В поздние годы Виктор Кострикин рос своим зрением не только вширь неохватного горизонта бегущего дня, а вглубь своей воспитанной долгим и прилежным поэтическим созерцанием души, чуткой и наблюдательной, зоркой и деликатной. Не боялся задавать себе страшные вековечные вопросы, потому что личное переплавлено в поэтический слиток, он-то и сохранит этот трепет чувства и минутного отчаяния.

Ночь и две – ни звука в доме,

Словно я уже в гробу.

При огнях, а мрак бездонен…

Отзовись хоть кто-нибудь!

Дай сомлеть от прикасанья

Рук, что так ко мне нежны,

И окликни голосами

Дочки, сына и жены.

Многие годы моей жизни были связаны с Виктором Константиновичем, он был одним из тех, кто поддержал при выборе пути в 1965 году. Дал рецензию на мою книгу стихов, ценил мои работы о Е.А. Боратынском. Всегда буду благодарен ему за беседы, непрерывный диалог на протяжении десятилетий. В июне 2013 года, когда

В.К. Кострикин решил переехать к дочери, я успел сфотографировать его за рабочим столом. Когда в воздухе уже витала идея разлуки, но все вещи в его доме на улице Пристань стояли ещё на своих местах. А прожил он в отцовском доме 68 лет.

Есть у Виктора Кострикина в сборнике стихов «Второе дыхание» (СПб., 2004) стихотворение «Жимолость», и в нём, хотя оно посвящено, казалось бы, этому кустарнику с синими ягодками, всё равно проговорился и высказал своё понимание Поэзии и Слова:

Он у башни растить её пробовал

Вавилонской, под небеса.

Так старался, ухаживал, чтобы

Первой ягоды лета роса

Засияла сапфиром меж листьями

И напомнила, может, в тоске

О звучащем когда-то молитвою

На летящем с небес языке.

Поэзия – это всегда молитва. И в лучших своих сочинениях Виктор Кострикин говорил с нами на этом, на «летящем с небес языке».