Учитель! Перед именем твоим…

16 апреля 2019, 12:14 658

Теперь, когда самому уже немало лет и ты окружён добрыми своими учениками, начинаешь понимать, насколько важен бывает в жизни настоящий учитель для юной души.

Для меня, как и для многих других, которые стали профессиональными журналистами или избрали иной путь, так или иначе связанный с литературой, таким замечательным наставником был Леопольд Артурович Израелович. Столетие со дня его рождения отмечается 29 апреля, и полвека из прожитых 84 лет он отдал «Мичуринской правде».

 

Знакомство с ним состоялось теперь в уже далёком 1969 году, когда нам, студентам-заочникам второго курса отделения журналистики филологического факультета Воронежского госуниверситета, было дано чёткое задание: попрактиковаться в местных редакциях, не чураясь никаких тем. А в качестве документального подтверждения своей творческой деятельности представить в деканат опубликованные материалы.

Волнуясь, переживая, как школьник, хотя за плечами уже было три года солдатской службы и начало инженерной работы в строительном управлении (до армии закончил строительный техникум), шёл я на встречу с заместителем редактора, неким Леопольдом Артуровичем, в предварительном разговоре по телефону с которым он мне показался дядькой очень строгим, рослым, грозным, громогласным. А на самом деле, в тесном кабинете, где умещалось трое – помимо заместителя редактора, ещё и ответственный секретарь Иван Ильич Скоркин с помощницей Ираидой Леонтьевной Федориновой – навстречу поднялся невысокий щупленький мужчина с очень внимательными глазами, доброжелательно улыбнулся… И через какие-то четверть часа мы с ним уже общались вполне по-дружески.

 Тут же я получил от заместителя редактора достаточно профессиональное задание – Леопольд Артурович протянул мне узкие полоски бумаги с оттиснутым шрифтом (гранки): «Посмотри и лишние десяток строк сократи»…Оценив мои потуги, шеф довольно хмыкнул в усы, и мы договорились о том, как, когда и какие буду предоставлять в редакцию материалы. Ему лично.

С началом перестройки упразднённое СУ-5 треста «Щёкингазстрой», контора которого располагалась в Мичуринске на улице Интернациональной, 78, а производственная база – в Ново-Никольском, – очень мощная была организация. Три передвижные механизированные колонны строили газо- и нефтепроводы, в том числе знаменитую «Дружбу» – по всему бывшему СССР, интересные объекты были и на участках наземного строительства. Обо всё этом и прежде всего о людях и рождались мои статьи, заметки, очерки, корреспонденции в городскую газету.

Отложив все текущие дела при встрече с новичком, Леопольд Артурович, ничуть не вторгаясь в авторский стиль, аккуратно, бережно, тактично разбирал каждое слово, каждую строчечку, каждый абзац в принесённой рукописи. Иногда сырой материал «заворачивал», посоветовав, как можно его доработать, гораздо чаще, всё так же хмыкая в усы, оставлял оригинал у себя на рабочем столе и называл дату, когда появится публикация, в каком номере и на какой полосе…

Точно так же мэтр журналистской педагогики «ставил руку», как говорят музыканты, Григорию Шифрину, Виктору Кострикину… Да разве перечесть всех, кто прошёл его прекрасную школу, заложившую начало новым последующим взлётам благодарных учеников – в прозе, поэзии, драматургии, песенном искусстве… Артур Лео – таким звучным псевдонимом он иногда подписывал сам свои материалы, особенно выделяя фельетоны из сатирического раздела «Крокодил идёт по городу!» – всех помнил, всех любил, следил за успехами каждого из учеников и всегда находил возможность нечто новое из их творчества прочитать, откликнуться…

Человек, наделённый прекрасным чувством юмора, он и над собой частенько подшучивал, повторяя: «Меня нужно занести в Книгу рекордов Гиннесса, ведь я в 57 лет получил диплом об окончании журфака ВГУ, кто ещё повторил такой подвиг?» Действительно, никто. Только Леопольд Артурович умалчивал о том, что столь поздняя аттестация о высшем образовании произошла с ним из-за катастрофической потери зрения, вынудившей брать в Воронежском университете один за другим академические отпуска.

Он родился 29 апреля 1919 года в Саратове. Студенческая учёба проходила в Сибири, на горном факультете Томского индустриального института. Оттуда летом 1941-го юноша ушёл добровольцем на фронт. Был призван рядовым, не обученным, а в боевой части стал офицером, командиром взвода связи. Профессия эта на войне, пожалуй, самая уязвимая: с катушками провода на спине, ползком, в снег и в грязь, ночью ли – днём, а сумей обеспечить бесперебойную связь под огнём противника… Он был дважды ранен – и тяжело. Восстанавливался оба раза здесь, в Мичуринске, в госпитале, размещавшемся на месте Белых казарм, где теперь красуется городская библиотека. Там тогда и познакомился с выхаживавшей раненых Марией Григорьевной Базилевой, ставшей после войны его музой, другом и женой. А демобилизованный старший лейтенант Израелович начинал трудовой путь корректором в типографии, размещавшейся на первом этаже нынешней редакции – по улице Советской, 305.

Но образованного, начитанного вчерашнего воина уже тянула сама газета, возможность печататься в ней. Из внештатных вырос в штатного корреспондента. Прошёл все редакционные отделы, стал заместителем редактора. Чем взвалил на себя в те однопартийные времена самый неблагодарный, черновой груз, считающийся в редакции «особо опасным». То есть, вычитывать, готовить, править, чистить-блистить нескончаемые горкомовские материалы и протоколы заседаний горсовета, написанные заскорузлым канцелярским языком, придавая им литературный вид…

 Он много читал, знал все книжные и журнальные новинки, это подтвердит добрый друг всех редакционных сотрудников – ветеран библиотечного дела, ныне здравствующая Любовь Петровна Черникова. Любил театр, дружил с актёрами старшего возраста – фронтовиками Иваном Полянским, Василием Соколовым, писал о них. Сам пытался писать пьесу и не пропускал ни одной премьеры. Преподавал основы журналистики на факультетах общественных профессий в Плодоовощном институте (так наш аграрный университет тогда назывался), и в педагогическом институте. Охотно отзывался на приглашения школ придти, выступить с воспоминаниями. В числе его самых близких друзей по жизни были художник Аркадий Платицин, личный секретарь Мичурина Андрей Бахарев, писатель Борис Панов, семья учёного-литературоведа Анатолия Монастырского. Редкий день друзья не встречались в редакции, в кабинете Лео. И тогда лились дружеские разговоры, звучали шутки, хохот… Они познали, что такое война и мир…

Честен был Леопольд Артурович кристально. Принципиален – и по долгу коммуниста, и по душе. Кавалер орденов Отечественной войны, Красной Звезды, десяти боевых медалей, он и по выходе на пенсию, в 72 года, связь с редакцией не порывал, был в «Мичуринке» по-прежнему своим человеком, радушно принимаемым в каждом отделе. И очень многое сделал для города на общественном поприще. Считал главной заслугой городского Совета ветеранов войны, труда, Вооружённых Сил и правоохранительных органов, где он был заместителем председателя, возведение мемориального комплекса на площади Славы. Это в пору тотального безденежья в казне, при всех бюрократических проволочках, отнекиваниях должностных лиц, переносах сроков… А монумент, созданный по проекту московских архитекторов, вырос, знаменует собой самую главную Победу на Земле!

Леопольд Артурович умер 2 мая 2003 года, за несколько дней до великого Праздника. Он очень любил стихи Ольги Берггольц, поэтессы, вынесшей жуткую и суровую Ленинградскую блокаду. Порой цитировал её строки:

Я не напрасно беспокоюсь,

Чтоб не забылась та война:

Ведь эта память – наша совесть,

Она, как сила, нам нужна…

Леопольд Артурович сохранил о себе светлую и добрую память. А потому, «Учитель! Перед именем твоим позволь смиренно преклонить колени!» Помним, любим, не забудем!